Глава Податкової Білоус: ПДВ залишається, податку з обороту не буде

Инвестбанкир Билоус никогда не работал в налоговой. Но о налогах говорит увлеченно и со знанием дела. Основная мысль – систему нужно менять. Чем быстрее, тем лучше.

Решения военного времени

Огромное количество налоговых платежей, время, которое уходит на их администрирование, коррупция при проверках и возмещении НДС – что из всем известных проблем налоговой вы будете решать в первую очередь?

Где взять деньги. С января, когда здесь фактически все исчезли, было два месяца абсолютного хаоса. Не было человека, который всем этим руководил, система полетела в тартарары, в феврале поступления не то что упали, а просто исчезли. Бизнес замер в ожидании: что же произойдет.

Насколько сократились поступления в феврале по сравнению с 2013 годом?

На 65%. Зато в марте мы выполнили бюджет в первый раз – причем за последние четыре или пять месяцев. Налогов заплатили столько же, сколько в марте 2013-го. План – по бюджету – был в глубоком космосе: за год нам надо было собрать 362 млрд гривен, из них 120 млрд таможни, все остальное – наше. Столько собрать можно только при каком-то экономическом чуде... В итоге произошел секвестр бюджета, план налоговой сократили до 209 млрд.

Это реальный показатель?

Близкий к реальности. В апреле мы должны собрать где-то 17,9 млрд – с учетом мартовских темпов это вполне реально. Заработали регионы – а с ними сложнее всего. Их приучили к определенной модели поведения, они работали так годы. Работали «правильно» – вы понимаете, о чем я говорю.

Проверки, взятки, откаты при возмещениии.

И не только. Сломать это крайне сложно, в системе 60 000 людей. А мы пришли с командой 20 человек, и то 90% из них – советники на общественных началах.

Своя команда у вас есть?

Готовится полным ходом. Но пока ликвидируется министерство, я не могу вводить в вертикаль налоговой тех людей, которых очень хотел бы здесь видеть – например, из бизнеса.

Я очень большую ставку делаю на выполнение бюджета за счет детенизации. Это самый большой налоговый резерв, других – даже после принятия антикризисного закона – у нас просто нет. Но для этого нужны люди.

Конверт от налоговой

В одном из выступлений вы называли цифру в 238 млрд грн – объем теневой экономики в прошлом году.

Мы чуть-чуть поменяли расчетные критерии в IT-системе учета и сейчас «видим» уже около 280 млрд теневого оборота.

Из чего формируется эта сумма?

Это то, что разворовывалось через госпрограммы. То, что возмещалось в виде «дутого» НДС. Проходило обналичку – через мелкие «партизанские» площадки и крупные центры, которые работали с благословения товарищей, которые здесь руководили.

В налоговой курировали обналичку?

Почти всю теневую экономику. В 2010 году «умные люди», которые пришли к власти, поняли, что побороть тень нельзя. И решили ее возглавить. Речь не только о налоговой, хотя она была центром. Но система не могла функционировать без НБУ, который питал кредитами нужные банки. В связке работали СБУ и МВД. ГПУ функционировала как карательный орган, который транзитом передавал проблемные дела судебной системе… Был создан механизм, который давал возможность контролировать всех конвертаторов – с помощью отлаженной аналитики, IT-баз.

Было создано шесть крупных транзитных площадок. Они занимались конвертацией, запитывали крупный бизнес дутыми налоговыми кредитами – здесь воровался НДС. Через них за последние три года прошло около 700 млрд грн. Прямые потери бюджета – не менее 300 млрд, из которых около 100 млрд – это налоги. Остальное – средства, которые с ведома и под покровительством налоговой разворовывались через госпредприятия.

Система изначально была создана ради воровства?

Поначалу бизнес, который работал по этой схеме, даже обеспечивал уплату налогов. Но деньги имеют свойство искушать. И в конце концов налоговые поступления от этих площадок и госпрограмм перестали платиться как таковые – еще в 2013-м.

Эти деньги не могли исчезнуть.

Был составлен некий «круг счастья», как я его называю, который осваивал эти средства. Конкретные предприятия пока называть не могу.

Кто генерировал деньги?

В основном большой бизнес, который загонялся на эти площадки. Тех, кто не хотел работать по схеме, пугали: внеплановыми проверками, дутыми актами, уголовными делами. Добивались работы в «системе» или отнимали часть бизнеса... Если же человек говорил: «нет, я не хочу, это неправильно» – дело передавали в прокуратуру.

Новые уголовники

В Украине 500-600 крупных предприятий – сколько было задействовано в теневых схемах прошлой власти?

Мне не хотелось бы говорить. Разве что... Очень много импортеров. Много госкомпаний, которые получали деньги из бюджета, прогоняли их через площадки и просто воровали. Причем тупо.

Воровство из госсектора и воровство НДС – системное криминальное воровство – это две самых важных проблемы. Это как война. Потому что если будет такое воровство – не будет государства.

Те, кто работал в «системе» автоматически попадали под уголовную статью – 212-ю, за неуплату налогов?

Никто не думал о 212-й. Считали, что власть пришла очень-очень надолго... Все решалось в одном кабинете.

Какой будет судьба предприятий, которые шли туда не по доброй воле?

Амнистия. Наша задача – разработать план, который мы очень скоро предложим бизнесу, который ждет и боится, что сейчас их начнут карать. Если мы ничего не сделаем, волна коррупции удвоится и утроится. Все, кто в погонах – и не только – побегут карать бизнес.

Бизнес работал с большими площадками не только потому, что они минимизировали налоги и обеспечивали наличкой. Предоставлялась некая гарантия того, что их не будут трогать. Но теперь у большого бизнеса есть большая проблема – скорее в криминальной плоскости, чем в денежной. Некоторые были туда действительно «загнаны», кто-то работал по собственной воле.

Все эти товарищи сейчас приходят сюда группами и говорят: мы готовы, мы хотим работать, коллеги, дайте нам возможность закрыть прошлое.

Другими словами «мы готовы платить налоги чтобы не сесть»?

Акционеры и не сядут – сядут рядовые бухгалтеры, директора. Такая уж специфика в стране. Поэтому нужно их защитить. Но важнее запустить механизм честного ведения бизнеса. Он есть, и для этого многого не надо. Я говорил вам о делегатах от бизнеса – они многого не просят. Говорят «измените, пожалуйста, вот это и это в администрировании» или «введите кассовые аппараты».

Даже так?

Да. Импортеры, например, просят кассовые аппараты для всех, кто торгует бытовой техникой. Это позволит убрать конкуренцию со стороны серого и черного импорта – и все, вопрос снят!

Воровство и криминал

Сколько стоила обналичка?

До 20% доходило – это для госкомпаний. Для частников – 8-12%, очень редко 14%.

Все эти данные у вас есть?

Конечно. Если вам кто-то скажет, что мы чего-то не знаем – не верьте. Тут (показывает себе за спину рукой - Фокус) все как на ладони. Все 280 млрд теневого оборота.

Какой процент от этой суммы вы рассчитываете вернуть в легальный оборот и когда?

Давайте считать: 20% НДС, плюс налог на прибыль, плюс остальные – наверное 30-40%. Если сработает наш план – уже в этом году.

Каков будет план? 

Я представлю его на заседании Кабмина (16 апреля – Фокус). Будет разработана механизм амнистии. Параллельно – в основном по госсектору – будет проведена операция при участии Генпрокуратуры, СБУ, МВД. Скорее всего, создадим отдельную группу, потому что система прогнила, а столько людей с профессиональными навыками на Майдане нет.

Первый этап – борьба с воровством НДС и бюджетных денег – второй перестройка налоговой системы?

Нет, это уже третий. На втором надо убрать криминал, причем и в налоговой – тоже.

Упростить администрирование, убрать проверки. По проверкам тут вообще план существовал: если у предприятия оборот 30 млн, проверяющий должен вернуться минимум со штрафом 250 тысяч. Мы это убрали. Планируем полностью уйти от проверок микро- и малого бизнеса – его проверять нерентабельно. 

Коррупция и криминал возникают там, где есть барьеры и человеческий фактор. Больше всего криминала в сфере подакцизных товаров. Там нужно полностью убирать человеческий фактор – вводить электронные акцизные марки, позволяющие отследить путь товара от цеха до прилавка.

Разливать водку в гаражах от этого не перестанут.

Да, но мы сразу увидим реальные цифры производства – не только сигарет, не только алкогольных, но и слабоалкогольных напитков. Поверьте, когда станет известно что и когда будет маркироваться электронной маркой – резко возрастет производство слабоалкогольных напитков, того же пива.

Новый налоговый кодекс

Вернемся к третьему этапу: когда будет меняться сама система налогообложения?

В 2015-м. Чтобы это произошло – работаем уже сейчас.

НДС – самый коррупционный налог. Не планируете заменить его чем-то более прозрачным?

Нет. Проблема не в налоге, а в его администрировании. К тому же, мы идем в Европу, там НДС ключевой налог. Считайте, что вопрос снят – налог с оборота вводить никто не будет.

А Единый социальный взнос? Вместе с подоходным налогом он дает один из самых высоких уровней налоговой нагрузки на зарплаты.

Все говорят: давайте снимем единый социальный взнос. Да, в идеале подоходный налог должен приносить столько, чтобы хватало и на пенсии, и на все остальное – это сделали в Грузии. Но нам сейчас нельзя убрать ЕСВ: это 100 млрд или больше в год. Нужен правильный подход. Нужно, чтобы те налоги, которые мы будем убирать, компенсировал выход из тени. Поэтому мы так спешим с «ямами» и облегчением администрирования.

Что еще среди первых наработок?

Будет новый налоговый кодекс Украины. Я это обсуждал лично с премьером, министром финансов. Все согласились. Павло Шеремета будет возглавлять эту группу. Говорить отдельно по каждому из налогов пока преждевременно – но в целом все сходятся во мнении, что однозначно все нужно очень упростить. Сократить 22 налога и сбора до 10 или меньше.

И не только: я очень хочу, чтобы мы меняли не одни налоги, а всю систему отношений с бизнесом. Это должна быть межведомственная реформа. Экология, охрана труда, пожарники, СЭС – все вместе. Ведь бизнес не только вынужден платить два десятка налогов – он должен получать еще 120 или около того разрешений.

Все это нужно менять. Нельзя только закручивать гайки. Этим три года занималась прошлая власть. Что из этого вышло – мы все сейчас прекрасно видим.

Владимир Хомяков, Елена Шкарпова